User:Haspelmath/Dopolnenie

Дополнение - второстепенный член предложения, заполняющий несубъектную валентность предикатного слова.

История термина
калька с франц. complément или нем. Ergänzung

Понятие дополнение (complément) было разработано французскими энциклопедистами С. Ш. Дю Марсэ (в 1730-е - 1750-е гг., опубл. 1751, 1769) и Н. Бозе (1767, 1769, 1789), а затем вскоре калькировано немецкими и русскими грамматистами.

В отечественной традиции похожий термин “наполнение” употреблялся в грамматике М. В. Ломоносова (1755) для обозначения смысловой функции слова небо в примере Облака покрыли небо; но для обозначения дополнения в грамматике А. А. Барсова (1783-1788) использовался термин “управляемое” (калька с франц. régime ‘управление //управляемое’, употреблявшегося ещё в грамматике Пор-Рояля 1660 и порой распространявшегося не только на отношение управления (см.управление), но и на его второй член - ‘управляемое’, т.е. дополнение), затем вошедший в Академическую грамматику 1802 (Д. и П. Соколовых) и употреблявшийся впоследствии разными авторами наряду или вместо термина “дополнение”.

Термин “дополнение” (//“дополнительный член”) появился лишь в работе Н. И. Греча (1827) и с тех пор вошёл в употребление (хотя сама целесообразность этого понятия затем неоднократно ставилась под сомнение - напр., А. М. Пешковским, предпочитавшим вслед за Барсовым говорить лишь об “управляемых членах”). Поначалу в число “дополнение” (понимаемых в значении дополнение I.2) включали обстоятельства (такова концепция И. И. Давыдова, 1852, выделявшего такую разновидность Д., как "обстоятельственные Д."); но затем Ф. И. Буслаев (1858) предложил выносить обстоятельства за пределы Д., и эта последняя точка зрения в конце концов возобладала.

Структура Д.

 * По структуре Д. может быть:
 * 1) простым (оно выражено собственным именем, актуализованной группой из нарицательного существительного и актуализатора, или местоимением), в том числе:
 * (1а) самостоятельным (встречаю Наталью; этого динозавра; её; нем. den Armen ‘этого бедного//беднягу’);
 * (1б) служебным (напр., франц. Il le voit ‘он его видел’; во французском языке служебное приглагольное Д. иногда структурно необходимо, как, напр., в сочинительной конструкции: Alors, il allait donc la chasser, la mettre à porte, pour ne jamais la revoir ‘значит, тогда он пришёл её прогнать, вышвырнуть [её] за дверь, чтоб никогда больше [её] не увидеть’)
 * (1в) синтаксически нечленимым сочетанием слов (напр. Иванов критикует ЦК КПСС);


 * (2) аналитическим //составным, в т.ч.:
 * (2а) сочетанием служебного слова (предлога или послелога) со знаменательным - т.н. предложное (или, соответственно, послеложное) Д.(обычно так оформлены косвенные Д.: надеяться на успех, но, например, в испанском предложной группой может быть оформлено и прямое Д., если в этой роли выступает собственное имя: ср. El mismo ensilló a Rocinante ‘Тот же самый человек оседлал Россинанта’);
 * (2б) сочетанием полуслужебного //строевого слова с полнозначным (доказал факт принадлежности, я не пью этот сорт пива);
 * (2в) фразеологическим сочетанием (напр., сорвал кукушкины слёзки, посадил анютины глазки);


 * (3) комбинированным единым, в том числе:
 * (3а) дистрактивным, в котором одно собственно синтаксическое Д. состоит из двух морфологических Д., управляемых вершинным предикатом по отдельности: напр., пожимает профессору руку, берёт сестру за руку (здесь часть и целое выражены отдельными морфологическими Д., каждое из которых имеет свою синтаксическую форму);
 * (3б) сочинённым (напр., двойным, тройным и т.п.), напр., Миша познакомил Петю и Ваню (друг с другом); Миша познакомил Петю с Ваней; Петю Миша познакомил с Ваней;
 * (3в) интерверсивным, напр., Петров выпил стакан вина (здесь объект действия - выпиваемое вещество, ‘вино’, - оформлен генитивом, а мера количества объекта - ‘стакан’ - выражена аккузативом); к числу интерверсивных морфолого-синтаксических Д. относится Д., выраженное количественной группой (потратил мало денег, сколько дней провёл, увидел три стола).


 * (4) комплексным(сложным) единым, например:
 * (4а) подчинённо-нексусным инфинитивным (заставим агрессора убраться прочь, лат. puto Carthaginem delendam esse ‘я полагаю, что Карфаген должен быть разрушен’);
 * (4б) подчинённо-нексусным бессвязочным, напр. (считать Хомского основоположником), в том числе “дуплексным” (лат. Romani appellarunt Ciceronem patrem patriae ‘Римляне называли Цицерона отцом отчизны’; Тебя младенца я ласкал; Я нашёл его окружённого нашими офицерами; ст.-сл. постави Мефодия епископа ‘сделал Мефодия епископом’);
 * (4в) подчинённо-нексусным герундиальным (англ. I heard Mary singing ‘Я слышал, как Мери пела’);
 * (4г) сентенциальным(оно выражено придаточным дополнительным предложением), в том числе изъяснительным //пропозитивным, у которого формальным показателем комплетивной роли являются подчинительные союзы что и чтобы (ср. Он верил, что друзья готовы / За честь его принять оковы; и релятивным (ср. разг. кто будет безобразничать - высеку!; достань из шкафа чем открыть консервы).

Логическая функция Д.

 * Каноническая логическая функция Д. - один из аргументов (референтных термов); в логическом аспекте позиция Д. (так же, как позиция подлежащего), есть термовая (а не предикатная) позиция. Это отличает Д. от предикатива - именной части сказуемого, хотя предикатив также может отвечать на вопросы некоторых косвенных падежей, особенно творительного (‘кем он был /стал /работал (и т. п.)?’).
 * В некоторых концепциях, однако, предикатив рассматривается как разновидность «Д.» (при этом термин «Д.» понимается в значении «дополнение I.3») (франц. «complément», англ. «complement»).
 * Однако, содержательная зона пересечения между предикативами и Д. действительно существует: а именно, это предикативы в позиции второго компонента дистрактивного (расчленённого) дополнения: напр., выбирать Иванова председателем.
 * Однако при логико-грамматическом расхождении (дисгармонии) в позицию Д. попадает предикатное слово:
 * (а) при «аггравации» аргумента термовая функция дополнения отягощается добавочной предикатной функцией: Ненавижу этого негодяя. Проучи эту свинью (метафорич.); Рыцарь наказал обидчика.
 * (б) Иногда происходит смысловое слияние Д. с дополняемым в единый семантический предикат, обозначающий то или иное свойство субъекта (или одной из частей субъекта), а не отношение между двумя независимыми субстанциями.
 * (б1) в параметрических конструкциях с глаголами обладания Д. обозначает параметр субъекта (Вася имеет трудный характер; агрегат обладает такими-то достоинствами; устройство характеризуется такой-то высотой..., и т. п.) или его часть (She has blue eyes ‘У неё голубые глаза’), которой приписывается признак, выраженный определением к Д.;
 * (б2) Д. при «контентивном» предикате, обозначающее часть субъекта, может сливаться с этим предикатом в сложный предикат, выражающий единую характеристику субъекта (нем. Er hat Schnurrbart ‘Он носит усы’);
 * (б3) Д. с признаковым значением при глаголе обладания выражает характер качества, присущего субъекту (Игорь имеет наглость заявлять...).
 * (в) Д. может обозначать обстоятельство образа действия (заполненное манерным именем в переходной диатезе: имеет уверенную осанку, ведёт разгульный образ жизни, дал новую трактовку, имеет причудливую динамику изменения, встречает хорошее отношение, имеет приятный аромат, имеет ясный стиль, имеет носовое произношение, имеет интересный взгляд на вещи и т.п.);
 * (г) Во фразеологических оборотах типа Олег сойдёт за певца, Тимофей тянет на хорошего физика Д. обозначает также не отдельную субстанцию, а некоторый класс, потенциальная принадлежность к которому приписывается субъекту.
 * (д) при параметрических предикатах (весить, стоить, занимать) Д. обозначает количественную меру и отвечает на вопрос ‘сколько?’.

Д. и дополняемое
Так, русский глагол любить (в отличие от англ. like), сочетаясь с наименованием пищи, требует обобщённого смысла Д.: поэтому я люблю это пирожное означает не ‘этот экземпляр’, а ‘этот сорт’; грамматическое число Д. сказывается и на интерпретации дополняемого (так, курю сигарету - конкретное состояние, а курю сигареты - постоянная привычка). Глаголы типа изобиловать //кишеть (чем), требуют Д., характеризуемого неисчисляемым (вещественным) типом референции (пчёлами, цветами, овсом, свёклой, нефтью). При глаголах с непредметным Д. Д. выражает свёрнутую (номинализованную) предикацию (со значением факта, ситуации или пропозиции), см. номинализация. Таковы глаголы с фазовым, модальным, межсобытийным, перцептивным, ментальным и пропозитивным значением.
 * Дополняемый член (//дополняемое), т. е. то предикатное слово, валентность которого насыщена данным Д., определённым образом согласуется по смыслу с этим Д..
 * Глаголы физического воздействия требуют Д. с конкретным значением, а глаголы с непредметной второй валентностью требуют отвлечённого Д. с непредметным значением.
 * Непредметное Д. канонически выражается придаточным предложением изъяснительным, подчинённым нексусным оборотом (подчинённой предикацией) или непредметным местоимением (это, что, что-то...).
 * Смысловая несогласованность глагола с Д. - признак того, что произошёл семантический сдвиг. Конкретное Д. при нефизическом глаголе означает, что дополнение следует понимать метонимически (надеюсь на Петю означает ‘надеюсь на Петины действия’; жду Диму означает ‘жду, пока Дима придёт’). Абстрактное Д. при конкретном глаголе означает, что либо Д.следует понимать метонимически (Перегородок тонкорёбрость пройду насквозь...), либо глагол следует понимать в переносном смысле, напр., метафорически (упиваться общением значит ‘испытывать удовольствие от общения, наслаждаться общением’). Нередко рассогласование требует восстановить смысловой пропуск: ощутить холодный металл означает, скорее всего, ‘ощутить прикосновение холодного металла’.
 * Возможны и более конкретные случаи семантического согласования: так, при глаголе съесть Д. должно обозначать нечто съедобное (независимо от лексемы, которой оно выражено: напр., референт Д., выраженного оценочным именем - эту гадость, эту дрянь, этот шедевр, этот восхитительный подарок - должен обладать признаком съедобности); поэтому в высказывании я три тарелки съел, где в позиции прямого Д. стоит существительное со значением обычно несъедобного предмета, прямое Д. переосмысляется как синекдоха (переносное метонимическое обозначение содержимого именем содержащего).
 * Многие классы глаголов так или иначе семантически управляют своим Д. (имплицируют тот или иной семантический признак в составе Д.). Так, «ретроспективные» глаголы (вспомнить, забыть) семантически управляют именем реального ‘факта’, а «проспективные» глаголы (типа мечтать, желать, решить) семантически управляют именем (нереального, будущего) ‘плана, проекта’, что сказывается на употреблении артиклей (при субстантивном Д.) и наклонений (в составе сентенциального Д.).

Обособленное (сегментированное) Д.

 * Д. может быть сегментировано (обособлено), т.е. вынесено в обособленную коммуникативную позицию; в таком случае в приглагольной позиции появляется местоименный анафорический повтор отколовшегося Д., согласуемый с отколовшимся Д. по роду и числу (Cet homme, je le vois ‘Этого человека я вижу’). Само отколовшееся (обособленное) Д. в падежном языке может и не терять своей падежной формы (см. обособленное дополнение).

Прямое vs. косвенное Д.

 * Если при данном глаголе возможно несколько Д., то среди них обычно выявляется некоторая иерархия. Как правило, одно из Д. (первое, главное Д.) важнее других - оно имеет среди них наивысший коммуникативный ранг (выражает ‘прямой объект’) и потому считается самым привилегированным (самым приоритетным) из Д..
 * Такая приоритетность проявляется многообразно; конкретные формы её проявления - разные в разных языках. Но в большинстве языков существует (свой для каждого языка) набор формальных свойств (типовой падеж, типовая линейная позиция относительно сказуемого, типовой согласовательный ролевой показатель в составе сказуемого и т.п.), который свойствен большинству Д., употребляемых при двухместных глаголах. Д., обладающее этим набором свойств, называется прямым (см. прямое дополнение); остальные Д. называются косвенными (см. косвенное дополнение).